Топор. 1945. Кёнигсберг

Дошли наконец и до четвёртой части. Зима 1945 года, наши уже вовсю наступают в Восточной Пруссии, до Победы остаются считаные недели . Казалось бы, всё, скоро домой. Но война есть война. В разведроту Одинцова подкидывают пополнение - молодых пацанов, которые ещё ни разу в бою не были. Никакого опыта, ни слуха, ни духу. Командование, понимая, что гонять их на передовую в самом конце войны - это просто мясо, решает оставить их в тылу.

Место для дислокации выбрали хорошее - небольшое поместье на берегу, где живёт немецкая семья. А чтобы молодёжь совсем уж без присмотра не оставалась, приставили к ним Ивана Родина, сославшись на его ранение . Попробовал бы кто другой ослушаться, а Родин - он человек военный, понимает, что спорить с приказом себе дороже. Так и остался он приглядывать за салагами, ворчать на их неумение и по старой привычке учить уму-разуму.

И вот в один прекрасный день один из бойцов, шаря по сараю в поисках чего полезного, натыкается под слоем угля на два здоровенных ящика, доверху набитых добром. И не просто добром - там и картины, и золото, и украшения . Среди них оказался случайно лейтенант Потоцкий, который в мирной жизни был искусствоведом. Он быстро осмотрел находку и ахнул: это же сокровища! Греческое и римское золото, полотна шестнадцатого века, ювелирка времён Возрождения. Всё, что фашисты вывезли из музеев и частных коллекций.

Хозяин поместья, бывший полковник вермахта Готфрид Мильке, глядя на это добро, только плечами пожимает: ящики без его ведома оставило подразделение СС, которое квартировало здесь раньше. Мол, ничего не знаю, моя хата с краю. Но советское командование уже навострило лыжи - ценности нужно срочно вывозить в тыл, пока их не перехватили. Вот только эсэсовцы про свои сокровища, как вскоре выясняется, тоже не забыли и не намерены так просто отдавать награбленное.

В этой части Родин уже не тот, что в первых фильмах. Он устал, он хочет домой, он знает, что победа близка, и его главная задача теперь - сохранить жизни этих сопливых пацанов, которых ему доверили. Из «машины с топором» он превращается в мудрого наставника, который учит молодых не столько воевать, сколько выживать. Вся эта история - про долг перед Родиной и про то, как сохранить человеческое лицо, когда вокруг уже почти всё горит. Атмосфера здесь камерная, почти детективная, и это отличает «Кёнигсберг» от предыдущих частей цикла . Снято в серых, суровых тонах, передающих ту самую «чёрную зиму» в Пруссии.